Рукавкин Д. Описание пути от Оренбурга к Хиве и Бyхарамъ, бывшего при отправленном в 1753 году из Оренбурга в те места купеческом караване Самарскаго купца Данилы Рукавкина // Руссов С.В. Путешествие самарского купца рукавкина в 1753 году,  с приобщением разныъ известий о Хиве с отделенных времен доные. – СПб.: в тип. Минист. Внутр дел , 1840. – С. 25-34.

 

Здесь приводится книга целиком:

Руссов С.В. Путешествие самарского купца Рукавкина в 1753 году, с приобщением разных известий о Хиве с отделенных времен доныне. – СПб.: в тип. Минист. Внутр дел , 1840. – 56 с.

 

 

 

 

 

ПУТЕШЕСТВІЕ

САМАРСКАГО КУПЦА РУКАВКИНА, ВЪ

1753 ГОДУ,

 

СЪ ПРІОБЩЕНІЕМЪ  РАЗНЫХЪ  ИЗВѢСТIЙ О ХИВѢ  СЪ  ОТДАЛЕННЫХЪ ВРЕМЕНЪ  ДОНЫНЕ.

 

САНКТПЕТЕРБУРГЪ.

ВЪ ТИПОГРАФIИ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХЪ ДѢЛЪ

 

1840.

 

 

(Изъ Журнала Мин. Вн. Дѣлъ № XII 1839 года.)

 

 

 

 

ПУТЕШЕСТВIE ИЗЪ ОРЕНБУРГА ВЪ ХИВУ САМАРСКАГО КУПЦА РУКАВКИНА, ВЪ 1753 ГОДУ, СЪ ПРІОБЩЕНIЕМЪ РАЗНЫХЪ ИЗВѢСТІЙ О ХИВѢ СЪ ОТДАЛЕННЫХЪ ВРЕМЕНЪ ДОНЫНѢ.

 

 

 

Извѣстія о Хивѣ сь отдаленныхъ временъ.

 

Хива въ исторіи народовъ есть явленiе довольно рѣдкое: она, помѣщаясъ на маломъ пространствѣ земли, сохранила существованіе свое около 2,300, а одинакое названіе — болѣе 2,000 лѣтъ, и, что важнѣе, участвовала почти во всѣхъ переворотахъ, потрясавшихъ три части земнаго шара.

За 444 года до P. X., Геродота въ повѣствованiи своемъ, упоминая о современныхъ ему оби­

 

 

4

тателяхъ Хивы, подъ названiемъ Хоразміевъ, платившихъ дань Царямъ Персидскимъ, о рѣкѣ Аму, какъ думаютъ, и Аральскомъ морѣ, говоритъ: «въ Азіи есть равнина, окруженная горою, имѣющею пять ущелій. Равнина сія принадлежала Хоразмiямъ [Хивинцамъ], и находится на границахъ тѣхъ Хоразміевъ, Ирканiанъ,Парѳянъ, Сарангіянъ и Ѳаманіянъ. Изъ сей горы, окружающей равнину, вытекаетъ большая рѣка, именемъ Акисъ *. Рѣка Акисъ, прежде раздѣлявшаяся на пять рукавовъ, орошала поля выше исчисленныхъ народовъ, протекая къ каждому изъ нихъ особымъ ущеліемъ. По поступленiи ихъ въ Персидское владѣнiе, Царь велѣлъ ущелья сіи загородить, построивъ на концѣ каждаго нихъ ворота. Такимъ образомъ запертая вода произвела изъ равнины, находящейся между горами, море, изъ котораго вода, втекающая изъ рѣки, нигдѣ не выходить. Народы, терпя недостатокъ въ водѣ, рѣшились съ женами и дѣтьми идти въ Персію, и передъ дверьми Царскаго дворца кричали и стонали. Царь, узнавъ о причинѣ ихъ рыданія, приказалъ сперва отворить ворота для тѣхъ, кои наиболѣе въ водѣ нуждались когда же земля ихъ довольно водою напоилась, велѣлъ тѣ ворота заперѣть, a другія для прочихъ, болѣе нуждающихся, отворить, и

* Латинскіе переводчики называютъ эту рѣку Ацесъ.

 

 

5

отворяетъ ихъ, какъ я слышалъ, собирая большiя деньги, кромѣ прочихъ налоговъ» *.

За 333 года до P. X., Александръ Великій, одержавъ при Иссѣ побѣду надъ Персидскимъ Царемъ Дарiемъ, переходилъ съ войскомъ чрезъ Аму [Оксусъ]. Квинтъ Курцій, повѣствуя о семъ походѣ, говоритъ: «Войско Александра Великаго, преслѣдуя полководца Бесса въ Бактрiанѣ [ньінѣшней Бухаріи], и претерпѣвъ тамъ отъ недостатка воды и жгучихъ песковъ великое изнуреніе и потери, переправлялось чрезъ Оксусъ, въ продолженіе слишкомъ пяти дней, на мешкахъ, соломою набитых **. Бессъ, бывшій за Оксомъ, ожидалъ къ себѣ на помощь Хоразміевъ [Хивинцевъ], Саковъ, Индовъ и Скиѳовъ, за рѣкою Дономъ [Tanais] обитающихъ. Они всѣ ростомъ были такъ высоки, что Македонскіе воины не равнялись съ ними даже по плеча».

За 291 годъ до P. X., одинъ изъ преемниковъ Александра Великаго, Селевкъ Никаторъ, Царь Сирійскій, въ частяхъ Азіи, Александромъ покоренныхъ, построилъ и населилъ разными народами 40 городовъ. Съ вѣроятностію къ сему времени можно относить основаніе города Хивы.

* Эта древняя сказка могла подать поводъ въ новыя времена къ вымыслу о перекопаніи рѣки Аму и объ искуственномъ будто бы отведеніи ея, вмѣсто Каспійскаго моря, въ Аральское, какъ увидимъ ниже.

** Квинтъ Курціи писалъ это около 64 года послѣ P. X., следовательно послѣ событія — около 400 лѣтъ.

 

 

6

Въ началѣ 1-го столѣтія послѣ Р. X., Страбонъ въ географіи своей [De sibu orbis], не упоминая о народѣ Хоразміяхъ, говоритъ только, что »Оксусъ [нынѣшній Аму] раздѣляетъ Бактріану и Согдiану, и къ плаванію столь удобенъ, что привезенныя въ оный изъ Индіи тяжести отправляются въ Гирканію" [нынѣшнюю Персидскую область Мазандеранъ и часть Хоразана, лежащія на южномъ берегу Каспійскаго моря] *

Въ концѣ ІѴ-го и въ Ѵ-мъ столѣтіи, во время Аттилы, Хивинцы, сохраняя свое названіе Хоразмiевъ, и даже занимаясь торговлею, почитались вообще Гуннами. Въ VI-мъ столѣтіи у Степана Византійскаго упоминается городъ Хоразмина.

Въ 632 году Арабы покоривъ Персію, нѣсколько позже распространили власть свою и на Хоразміевъ; но это видно толькр изъ Магометанства, доселѣ тамъ господствующаго.

Въ 868 году, по повѣствованію Араба Ибнъ-Улазира, Харазмiи, Казарамъ, просившимъ у нихъ помощи противъ Турковъ отвѣчали: »вы невѣрные; если сдѣлаетесь Мусульманами, то поможемъ вамъ.» Казары приняли Мусульманство, и Хивинцы сдержали свое слово.

* L. II. р. 150. Oxum autem, qui Bactrianam et Sogdianam disterminat, adeo navigatu commodum esse dicunt, ut transportata ab India in ipsum onera. in Hircaniam facile devehantur. Изъ сихъ по наслышкѣ Геродотомъ написанныхъ словъ заключаютъ, что рѣка Аму въ его время впадала въ море Каспійское.

 

 

7

Въ 947 году, по повѣствованію Араба Массуди, ходили по Волгѣ большія суда съ товарами Хоразмскими, или Хивинскими, шедшими, безъ сомнѣнія, къ берегамъ Балтійскимъ и далѣе въ Европу.

Съ 1054 года Хоразміи были въ зависимости Турковъ Сельчуковъ, коихъ Ханъ Челаддинъ господствовалъ отъ моря Каспійскаго и Малой Бухаріи до рѣки Ганга.

Въ 1153 году, или около того времени, на развалинахъ государства Турковъ Сельчуковъ возстала новая Турецкая же династія государей, или Султановъ собственно Хоразмскихъ, которая при Зенгѣ овладѣла Бухаріею и частію Персіи. Сынъ Зенги Нуррадинъ владычествовалъ уже надъ всѣми странами отъ Тигра до Нила, а Салладинъ, его племянникъ, покорилъ всю Сирію, Арменію, Месопотамію, Аравiю, Египетъ и Палестину, оставивъ Крестоносцамъ только приморскiя мѣста.

Въ 1184 году, во время войны Князей южной Россіи, кончившейся въ 1185 году, съ Половецкимъ Княземъ Кончакомъ, у послѣдняго былъ въ службѣ Ховарезмскій, т. е. Хивинскій Турокъ, который стрѣляль живымь огнемъ. Сей Турокъ представленъ былъ плѣннымъ Кіевскому Князю Святославу, но что съ нимъ сдѣлано — неизвѣстно. Война сія воспѣта въ славномъ совре­

 

 

8

менномъ творенiи подъ названіемъ; » Слово о полку Игоревѣ".

Въ 1221 и слѣдующихъ за нимъ годахъ, Хивы и другихъ городовъ Термета и Балха, бывшихъ тогда въ довольно цвѣтущемъ состоянiи, покорены, обращены въ рабство и частію истреблены Чингисханомъ; все пространство отъ Аральскаго моря до Инда такъ опустошено, что для возвращенія ему прежняго состоянія требовались многія столѣтія. Преемники Нуррадина и Салладина спаслись отъ общаго разоренія только отдаленностію своихъ владѣній.

Въ 1246 году, Францисканскій монахъ Плано-Карпини, посланный отъ Папы къ Чингисхану, но заставшій на ханствѣ Батыя, проѣзжая чрезъ Хиву, нашелъ въ ней обитателей, говорившихъ языкомъ Половецкимъ, исповѣдовавшихъ вѣру Магометанскую, и не имѣвшихъ Хана, который быль умерщвленъ Татарами. Плано-Карпини говоритъ, что эта земля граничитъ къ сѣверу съ Черными Китанами въ Малой Бухаріи, на югъ съ Іерусалимомъ и Багдадомъ, что въ Хивѣ господствуетъ Шибанъ, братъ Батыевъ, и есть дворецъ ханскій.

Въ 1254 году, Гулагу, внукъ Чингисхановъ, по взятіи Багдада, загналъ Хоразміевъ въ неприступныя горы; но по отбытіи Моголовъ, Хоразмiйскіе Турки, раздѣлясь на пять ордъ и управ­

 

 

9

ляясь своими Эмирами, опять начали въ Малой Азіи захватывать Греческіе города.

Въ 1258 и въ слѣдующихъ годахъ, господство Моголовъ открыло многимъ купцамъ Хивинскимъ свободный путь въ Россiю. Они откупали у Татаръ дань съ Россійскихъ княжествъ, брали неумѣренные росты съ бѣдныхъ жителей, и въ случаѣ неплатежа отводили ихъ въ неволю. Жители Владимира, Суздаля и Ростова вышли наконецъ изъ терпѣнiя: при звукѣ вѣчевыхъ колоколовъ единодушно возстали на лихоимцевъ, нѣкоторыхъ убили, а прочихъ выгнали. Тоже послѣдовало и въ другихъ городахъ сѣверной Россіи: въ Ярославлѣ умертвилъ какой-то отступникъ, именемъ Зосима, принявшiй въ Татаріи Магометанскую вѣру, хвалился милостію великаго хана Кублая, и ругался надъ святынями Христiанства; тѣло его брошено на съѣденье псамъ.

Въ 127З году, Ханъ Мангутимуръ, освободивъ Россіянъ отъ насилія купцовъ Хоразмскихъ, обратилъ ихъ торговлю въ Крымъ.

Въ 1299 году, или около того времени, по сомнительнымъ и изустнымъ преданіямъ Хивинцевъ *, видъ Хивы совсѣмъ перемѣнился отъ землетрясенія: древній Оксусъ, или нынѣшняя Аму, впадавшая въ Каспійкое море, обратила те-

* См. Путешеств. Муравьева, ч. II стр. 12.

 

 

10

ченiе свое въ море Аральское. Въ тоже самое время вспыхнулъ волканъ политическiй: изъ пяти Хоразмійскихъ ордъ, подъ 1254 годомъ упомянутыхъ, Эмиръ Османъ, обработывавшій участокъ земли, данный ему Султаномъ Алладиномъ, основалъ въ 1299 году, на развалинахъ Греческой имперiи, султанство Иконійское. Приемники Османа, особенно Мухаметъ II, кромѣ Константиполъской и Трапезунтской имперій, покоривъ 12 государствъ и болѣе 200 великихъ городовъ, угрожали подобною же участью и другимъ частямъ Европы; Европейцы долго останавливали успѣхи завоевателей только употребленіемъ живаго огня.

Въ 1312 году, нѣкоторые изъ Татаръ, въ знакъ особенной любви къ хану Усбеку, приняли сами названіе Узбековъ; подъ симъ именемъ составляютъ они въ Хивѣ донынѣ высшiй классъ народонаселенiя.

Въ 1346 году, черная смерть, по пути изъ Китая, посѣтила Хивинцевъ, называвшихся тогда въ Русскихъ лѣтописяхъ Бесерменами, и опустошивъ всю Европу, черезъ Швецію вторглась въ Россію.

Въ томъже 1346 году, Новогородецъ Аввакумовичъ съ другими смѣльчаками, самовольно отправясь по Волгѣ на 150 колодахъ, умертвили въ Нижнемъ-Новгородѣ великое число Татаръ, Армянъ,

 

 

11

Бухарцевъ и Хивинцевъ захватили ихъ женъ и дѣтей, вошли въ Каму, ограбили многія селенія въ Болгаріи и возвратились въ отчизну.

Въ 1380 году, при нашествіи на Россію Мамая, въ войскахъ его находились и Хоразмійскіе, Турки.

Въ 1388 году, Тимуръ, ханъ Монгольскій, повторилъ въ Хивѣ разореніе, какому она подвергнута была отъ Чингисхана.

Въ 1468 году, при Іоаннѣ III, Тверской купецъ Аѳанасій Никитинъ, отправившійся въ Индію съ Ширванскимъ посломъ Асамбекомъ ограбленъ былъ Кайтаками [см. ниже], и принужденъ обратиться къ Дербенту.

Въ 1498 году, Европейцы, открывъ морской путь въ Индiю, много повредили сухопутной торговлѣ чрезъ Хиву.

Въ 1525 году, захватилъ Индiю Монгольскiй Ханъ Бабуръ, и нанесъ еще большій ударъ торговлѣ съ нею.

Въ 1526 году, при княженiи въ Россіи Василiя Іоанновича, Юргенскіе, т. е. Хивинскіе Татары, по извѣстіямъ Герберштейна, были въ зависимости султана Барака, брата сосѣдственному Китайскому, или Киргисъ-Кайсакскому Хану Баббеиду.

Въ 1552 году, при покореніи Россіянами Каза­

 

 

12

ни, найдены тамъ купцы Армянскіе, Персидскіе и Хивинскiе.

Въ 1557. году, Юргенскіе и Бухарскіе цари присылали своихъ знатныхъ людей въ Москву съ дарами и просьбою, чтобы Царь Іоаннъ дозволилъ имъ свободно торговать въ Россiи.

Въ 1558 году, путешествовалъ изъ Москвы въ города нынѣшняго Хивинскаго ханства Селизюръ, Ургенчъ и Кетъ, и чрезъ нихъ въ Бухарію, Англичанинъ Антоній Дженкинсонъ, съ грамотами къ тамошнимъ царямъ отъ Московскаго Императора [такъ Дженкиксонъ называлъ Іоанна IV Грознаго].

23-го числа Апрѣля того года, Дженкинсонъ *, отправясь изъ Москвы водою, прибылъ въ Нижнiй Новгородъ 11-го числа Мая. Здѣсь, дождавшись новаго Губернатора, посланнаго отъ Царя въ Астрахань, 19-го числа Мая, съ припасами, товарами и военными людьми, всего на 500 баркахъ, поплылъ далѣе и достигъ Астрахани 14-го числа Іюля. Въ сіе время въ Астра-

* Французскій переводъ Дженкинсонова дорожника въ Хиву и Бухарію напечатанъ въ 1717 году, въ Амстердамѣ, въ IV томѣ Путешествій на сѣверъ, изданныхъ и посвященныхъ Императору Петру I Бернаромъ. Дорожникъ сей едвали былъ въ виду у нашего исторіографа, упоминающаго о Дженкисоновой поѣздкѣ только до Астрахани. Здѣсь выписываемъ извѣстія Дженкинсона, только до Хивы относящiяся, и то сокращенно.

 

 

13

хани былъ ужасный голодъ, особливо у Ногаевъ, по случаю котораго многіе изъ нихъ принуждены были покориться Россіянамъ.

6-го числа Августа, Дженкинсонъ, съ двумя Англичанами, нѣсколькими Татарами и Персами, поплылъ изъ Астрахани, на корабляхъ, около залива, называемаго тамъ Синимъ моремъ*, и 17-го числа, потерявъ изъ вида землю, приближался къ устью великой рѣки Яика, потомъ 22-го числа — къ заливу же, въ который впадаетъ большая рѣка Эмба; направляя отсюда путь къ Мангишлаку, былъ выкинутъ бурею на берегъ, далѣе онаго порта къ сѣверу. Отъ сего берега, 14-го числа Сентября, Дженкинсонъ, съ караваномъ, изъ 1,000 верблюдовъ состоящимъ, пошелъ сухимъ путемъ къ Селизюру, но 5-го Октября прибылъ опять къ заливу Каспійскаго моря, въ который, по его замѣчанiю, впадала нѣкогда рѣка Оксусъ, текущая нынѣ въ другую рѣку Ардокъ. Отъ сего залива продолжая путь съ 4-го Октября, 7-го числа прибылъ къ замку Селизюръ, нынѣшними путешественниками совсѣмъ не упоминаемому. Вручивъ тамошнему Царю Азимкану грамоту Московскаго Императора, послѣ ауедиенцiи 14-го Октября отправился къ Ургенчу, куда и прибылъ 16-го тогожъ мѣсяца. Здѣшній Царь

* Это названіе Русскіе приписываютъ морю Аральскому, о которомъ Дженкинсонъ совсѣмъ не упоминаетъ.

 

 

14

Али-султанъ, только лишь возвратился тогда изъ Хоразана, отнятаго имъ у Персіянъ; Дженкинсонъ вручилъ также ему грамоту Московскаго Императора, и получилъ отъ него отпускъ. Съ 26-го числа Ноября, проѣхавъ сто миль вдоль рѣки Окса (Аму), переправился чрезъ другую великую и весьма быструю рѣку Ардокъ, которая, вышедъ изъ рѣки Окса [не такъ, какъ выше сказано], и протекши 1,000 миль къ сѣверу, скрывается въ землю, является опять на поверхность послѣ подземнаго теченія напространствѣ 500 миль, и наконецъ впадаетъ въ озеро Китайское (tombe dans le lac de Kitai). Послѣ переправы чрезъ рѣку Ардокъ, Дженкинсонъ 7-го числа Декабря прибылъ въ замокъ Кетъ [ Kait ], принадлежавшiй Султану Сарамету; получилъ отъ сего султана 24 человѣка охранителей, и опять берегомъ Окса прибылъ въ Бухару 23-го Декабря. Городъ Бухара, по словамъ Дженкинсона; принадлежащiй землѣ Бактріанской, наполненъ великолѣпными публичными зданіями, какъ то: храмами, памятниками, особливо банями, прекраснѣйшими въ мірѣ. Тамъ есть монеты серебряныя и мѣдныя, изъ коихъ послѣднія, подъ названіемъ пулъ, особенно въ большемъ употребленiи. Туда пріѣзжаютъ многіе купцы изъ Индiи, изъ Россіи (Moscovie), Персіи и Балха. Moсквитяне привозятъ туда изъ Россіи кожи,

 

 

15

овчины узды, седла, деревянную посуду, а вывозятъ ткани и краску, и то въ маломъ количествѣ; въ мирное время съ Китаемъ доставляются мускъ, ревень, атласъ и штофы (du satin et du damas). Рѣчка, протекающая среди города Бухары, имѣетъ воду весьма вредную, отъ употребленія которой особливо у иностранцевъ, зараждаются подъ кожею въ лядвіяхъ черви, длиною по локтю, и свиваются тамъ кругами. Царь Бухарскій, принявъ отъ Дженкинсона благосклонно грамоты, велѣлъ ему кушать въ своемъ присутствiи; разспрашивалъ о государствахъ Европейскихъ, особенно Московскомъ, приказалъ при себѣ выстрѣлить изъ ружья (de Parquebuze), и самъ нѣсколько разъ выстрѣлилъ.

1559 года Марта 8-го Дженкинсонъ, отправясь въ обратный путь изъ Бухары, съ караваномъ, изъ 60 верблюдовъ состоящимъ, и съ двумя послами въ Москву отъ Бухарскаго и Балхскаго государей прибылъ въ Ургенчъ 29-го числа тогожъ мѣсяца. Въ Ургенчѣ взявъ еще двухъ пословъ и 25 Россіянъ, бывшихъ долгое время у Татаръ въ неволѣ, прибылъ къ берегамъ Каспійскаго моря 23-го Апрѣля. Отправившись отсюда на суднѣ, купленномъ у Россіянъ, прибывшихъ туда изъ Астрахани, подвергался, съ 13-го Мая, неоднократно опасностямъ претерпѣть кораблекрушенiе и даже лишиться жизни, около усть-

 

 

16

евъ рѣки Яика, и достигъ наконецъ Астрахани 24-го Мая. Сіе плаваніе совершено подъ Англійскимъ флагомъ съ краснымъ крестомъ Св. Георгія, на Каспійскомъ морѣ до того времени не виданнымъ. Пробывъ въ Астрахани, до 8-гоМая, Дженкинсонъ отправился изъ оной съ послами, въ сопровожденiи ста человѣкъ военныхъ, и возвратившись въ Москву, явился къ Государю Сентября 2-го числа *.

Въ 1563 и 1564 годахъ, Цари: Абдулъ Шамаханскій, Бухарскій тогожъ имени, Сеитъ Самаркандскiй и Азимъ Хивинскій опять присылали въ Москву дары, чтобы Іоаннъ дозволилъ подданнымъ ихъ торговать не только въ Астрахани и Казани, но и въ друтихъ городахъ Россійскихъ.

Въ 1566 году, послы Юргенчскаго Царя Азима и друтихъ Азіятскихъ Хановъ были въ Москвѣ съ просьбами о дозволеніи торговли съ Россiею, и получили на то царскія грамоты.

Въ 1569 году, Князья Ногайскiе, Бухарцы и

* Достойно замѣчанія, что Дженкинсонъ, два раза проѣхавъ черезъ Ургенчъ и Кетъ, принадлежащіе нынѣ Хану Хивинскому, ни о городѣ Хивѣ, ни о Хивинскомъ ханствѣ вовсе не упоминаетъ; Ургенцы, или подданные Хана Ургенчскаго, по его словамъ вели тогда жизнь кочевую; ни хлѣба, ни денегъ не употребляли, а нужное себѣ доставали мѣною вещей, a болѣе грабежемъ и разбоями. Дженкинсонъ сказываетъ также, что тамъ водились тогда дикія лошади, коихъ Татары ловили я убивали съ помощію соколовъ.

 

 

17

Хивинцы жаловались Турецкому Султану, что Государь Русскій истребляетъ Магометанскую вѣру и пресѣкъ сообщеніе съ Меккою; они представляли при томъ, что Астрахань, главная пристань моря Каспiйскаго, наполненная кораблями всѣхъ народовъ Азiятскихъ, доставляетъ въ Русскую казну ежегодно около тысячи золотыхъ монетъ.

Въ 1583 году, Царь Іоаннъ IV, по завоеванiи Сибири, угощалъ въ Москвѣ пословъ Шаха Персидскаго, Бухарскихъ и Хивинскихъ.

Въ 1584 году, послы Бухарскій и Хивинскiй опять обѣдали у Государя въ Москвѣ.

Въ 1585 году, Царь Ѳеодоръ Іоанновичъ писалъ между прочимъ къ Англійской королевѣ Елисаветѣ, что въ Россіи торгуютъ купцы Султана Турецкаго, Цесарскiе, Нѣмецкіе, Испанскіе, Французскіе, Литовскіе, Персидскіе, Бухарскіе, Хивинскіе, Шамаханскіе и многіе другіе.

Въ 1594 году, Аббасъ, Шахъ Персидскій, сказывалъ Русскому послу Князю Андрею Звѣнигородскому, что Хива тогда завоевана была Бухарскимъ Царемъ Абдулою.

Въ 1604 году, Хива и Бухарія были въ тѣсной связи съ Ногайскимъ Алтаульскимъ улусомъ, кочевавшимъ тогда въ окрестностяхъ Синяго, или Аралъскаго моря.

Въ 1622 году, послы Юргенчскаго Царе­

 

 

18

вича Авгана объявляли Царю Михаилу Ѳеодоровичу, что двоюродные братья Авгана, Царевичи Абишъ и Ильбаръ, сдѣлавъ заговоръ съ нѣкоторыми измѣнниками, пришли на отца Авганова войною и ослѣпили его; посему Царевичъ Авганъ просилъ Михаила Ѳеодоровича дать ему ратныхъ людей, дабы онъ, наказавъ братьевъ своихъ за лютость, могъ навсегда остаться со всѣмъ владѣніемъ, или ханствомъ, въ подданствѣ Россійскомъ. Что симъ посламъ отвѣтствовано — неизвѣстно.

Съ 1659 года Хоразміи совсѣмъ скрылись изъ вида у Европейскихъ географовъ. Горній въ семъ году [см. Orbis politicus] говоритъ, что Хоразміи нѣсколько разъ мѣста свои перемѣняли: бывъ выгнаны изъ отчизны Татарами, они помѣстились у Каспiйскаго моря, и столицею имѣли Чирчанъ [Tchirzan]; отсюда выгнаны были въ Индiю, изъ Индіи въ Персію, изъ Персіи въ Вавилонію; потомъ пришли въ Сирію, и такимъ образомъ по малу истребляясь, наконецъ со всѣмъ исчезли. Конецъ сего извѣстія Горнiева явно не справедливъ: Хоразміи около 1639 года перемѣнили только свое названіе, и начали именоваться Хивинцами.

Въ 1713 году прибылъ съ Русскими купцами въ Астрахань Туркменецъ Ходжа Нефесъ, и въ 1714 году изъ Астрахани доставленный

 

 

19

въ С. Петербургъ за тайну объявилъ, что въ рѣкѣ Аму есть золотой песокъ; что Хивинцы, стараясь скрыть его отъ Россіянъ, запрудили рѣку Аму не далеко отъ того места, гдѣ она впадаетъ въ Каспійское море, и отвели ее въ море Аральское, и что, возвратя реку Аму въ прежнее русло, добываніе въ ней золота можно усвоить Россіянамъ. Существованiе золота въ рѣкѣ Аму подтвердилъ и бывшій тогда въ С. Петербургѣ Хивинскій посланецъ. Въ то же время Сибирскій Губернаторъ Князь Гагаринъ донесъ Государю, что въ малой Бухаріи, гдѣ беретъ начало река Аму, есть и въ другой рѣкѣ Эркетъ золотоносный песокъ, который прибрежные жители промываютъ съ большою для себя выгодою; Князь Гагаринъ доставилъ притомъ и мѣшокъ золотой пыли, купленной дворяниномъ Трутниковымъ, во время путешествія его по Бухаріи, отъ одного Эркетскаго купца. Эта пыль признана тогдашними учеными въ С. Петербурге за чистый металлъ нѣсколько бледнаго цвета. Такія открытiя подали поводъ Петру I снарядить две экспедиціи: одну изъ Сибири по реке Иртышу, а другую изъ Каспійскаго моря, дабы, овладевъ Хивою съ рекою Аму и городомъ Эркетомъ съ рѣкою сего имени, проникнуть оттуда въ Индію до столицы Великаго Могола. Начальникомъ первой изъ сихъ экспеди-

 

 

20

цiй по Иртышу назначенъ подполковникъ Бухольцъ, а второй — изъ Каспійскаго моря — крещеный Кабардинецъ Князь Александръ Бековичь.

Въ 1715 году Бухгольцъ, съ отрядомъ изъ 2,932 человѣкъ, отправился по рѣкѣ Иртышу на дощаникахъ и лодкахъ, и прибывъ къ Ямышевскому озеру, заложилъ тутъ крѣпость; но бывъ окруженъ въ ней Калмыками Черинъ-Дундука, и въ тожъ время теряя много людей отъ сильнаго скорбута, принужденъ только съ 700 человѣкъ возвратиться къ устью рѣки Оми, гдѣ заложилъ городъ Омскъ, нынѣшнее мѣстопребываніе Военнаго Генералъ-Губернатора Западной Сибири. Въ 1717 году сія экспедицiя возобновлена была подъ начальствомъ подполковника Ступина, и въ 1719 проникала на 12 дней пути къ верховью Иртыша, но также остановлена Калмыками.

Между тѣмъ, начальникъ Каспійской экспедиціи князь Бековичъ обозрѣлъ предварительно восточный берегъ Каспійскаго моря въ 1715, и снявъ его на карту, вторично пустился къ описанному имъ берегу въ 1715 году; построилъ тамъ три крѣпости: первую на мысѣ Тюкъ-Кaрагазскомъ, вторую при устьѣ Бехтиръ-Лимана, названнаго тогда Александровскимъ, третью у Красноводскаго залива; снабдилъ сіи крѣпости гарнизонами изъ бывшихъ съ нимъ полковъ

 

 

21

Пензенскаго, Крутоярскаго и Ридигерова, и въ 1717 году опять возвратился въ Астрахань.

Того же 1717 года, въ Феврале мѣсяцѣ, отправился князь Бековичъ уже въ Хиву, также водою, съ отрядомъ въ 3,200 человѣкъ, и прибылъ къ устью рѣки Яика; у Гурьева-гоpoдкa высадилъ войско на берегъ, продолжалъ оттуда походъ сухимъ путемъ. По шестидневномъ маршѣ, нагналъ Князя Бековича курьеръ отъ Государя, съ повелѣніемъ: отправить прямымъ путемъ надежнаго развѣдчика въ Индiю, куда и посланъ былъ тогда же маіоръ Тевкелевъ. Нѣсколько прежде того Князь Бековичъ и къ Хивинскому хану послалъ трехъ нарочныхъ: Грека Киріякоса, дворянина Ивана Воронина, и третьяго, котораго имя осталось неизвѣстнымъ. Хотя все трое нарочныхъ пропали безъ вести, и вероятно истреблены Хивинцами; однакожъ Князь Бековичъ продолжалъ путь свой, и послѣ тридцатидневнаго похода приблизился къ Хивѣ на разстояніе ста верстъ. Здесь Русскіе нечаянно окружены были двадцати-четырехъ-тысячнымъ непріятельскимъ отрядомъ но оттеснили его и къ Хивѣ подошли еще ближе. Тогда въ лагерь Бековича явились два переговорщика, съ уверенiемъ, что Хивинцы приняли Русскихъ непрiязненно единственно по незнанію причины прибытія столь многолюднаго войска, но что ханъ Шир­

 

 

22

гази, узнавъ отъ Калмыцкаго хана Аюки, что это лишь дружественное посольство, приказалъ непріязненныя дѣйствія прекратить. За сими переговорщиками прибыли въ Русскій лагерь еще послы Хивинскіе, которые, послѣ четырехъ-дневныхъ переговоровъ, убѣдили Князя Бековича отправиться къ Хану для личнаго объясненiя. Князь Бековичъ выступилъ въ Хиву съ пяти-сотеннымъ отрядомъ, но вскорѣ былъ на пути окруженъ Хивинцами, кои требовали, чтобъ онъ положилъ оружіе, и получивъ отказъ, истребили весь его пяти-сотный отрядъ. Обманутый предводитель троекратно присылалъ, не видно съ кѣмъ, и безъ сомнѣнiя — принужденно, приказанія остававшемуся въ лагерѣ маіору Франкенбеку, чтобы онъ войско, бывшее въ лагерѣ, раздѣлилъ на малыя части, для удобнѣйшаго будто-бы продовольствiя. Три первыя приказанія оставались безъ исполненія; но по четвертому, присланному съ угрозою строгости  военнаго суда, Франкенбекъ вынужденъ былъ повиноваться, и раздробивъ весь оставшiйся отрядъ на малыя части, подвергъ его той же участи, какую испыталъ отрядъ, взятый Бековичемъ; не многіе только спаслись, увлеченные въ плѣнъ, и послѣ доставившiе объ общей судьбѣ ихъ отечеству сіе извѣстіе. Съ самаго князя Бековича содрана кожа и отрублена голова, а Симоновъ, болѣе всѣхъ со­

 

 

23

вѣтовавшій ѣхать къ хану, для переговоровъ изрубленъ въ куски. Начальники гарнизоновъ, оставленныхъ въ крѣпостяхъ на восточномъ берегу Каспійскаго моря, узнавъ объ участи главной экспедиціи, и опасаясь нападенія непріятелей, рѣшились остатки изнуренныхъ своихъ отрядовъ увести въ Россію. Маіоръ Тевкелевъ, посланный въ Индію на кораблѣ, закинутъ былъ бурею въ Астрабатскую бухту, находившуюся тогда въ Персидскомъ владѣніи, и задержанъ тамъ, какъ шпіонъ; спустя много времени, онъ получилъ однакожъ свободу, по ходатайству Россійскаго въ Испагани консула. Хотя, по мнѣнію нѣкоторыхъ, отъ всей этой экспедицiи осталась только поговорка: „пропалъ, какъ Бековичъ"; но мы увидимъ ниже, что преемники Петра I не выпускали изъ вида предпріятія его на Хиву и Индію.

Въ 1728 году, Русскіе, томившiеся съ кончины Князя Бековича въ тяжкой неволѣ, тайно предложили Аралинцамъ , немногочисленному народу обитающему при устьяхъ рѣки Аму и также Хивинцами, угнетаемому, умертвить Хивинскаго Хана, если сдѣлано будетъ нападеніе на его столицу; намѣреніе Русскихъ предупреждено двумя Персидскими евнухами отъ коихъ Ханъ погибъ прежде прибытія Аралинцевъ. Между тѣмъ Хивинцы, узнавъ о заговорѣ, напали на Русскихъ —

 

 

24

въ расплохъ и многихъ изъ нихъ побили. Оставшiеся 80 человѣкъ, засѣвъ въ укрѣпленную башню, защищались двѣ недѣли, и хотя голодомъ принуждены были наконецъ сдаться, однакожъ обеспечили жизнь свою. Между тѣмъ приходили къ Хивѣ и Аралинщы, но вскорѣ удалились, находя себя противъ Хивинцевъ слабыми.

Около 1735 года предпріятіе Петра I явно возобновлялось. При основанiи Оренбурга, ст. сов. Кириловъ и геодезистъ Муравинъ, для учрежденiя прямаго торговаго сношенія съ Индіею, разумѣется , чрезъ Хиву и Бухарію, приготовляли суда на Яикѣ, и перевозили ихъ разобранными въ Аральское море, лежащее отъ Каспійскаго только въ 250 верстахъ; но съ смертью обоихъ сихъ чиновниковъ приготовленія ихъ къ плаванію въ Индію прекратились *.

Въ 1740 году, Персидскій Шахъ Надиръ, прибывъ къ городу Хивѣ съ войскомъ, и почти безъ всякаго труда взявъ оный приступомъ, оставилъ въ немъ свой гарнизонъ; бывшій тогда Хивинскимъ Ханомъ Абул-Хаиръ скрылся въ Киргисъ-кайсацкую орду, изъ коей онъ въ Ханы

* Изъ Оренбургской Топографіи Рычкова видно, что Кириловъ умеръ къ 1737. году; Муравинъ же посыланъ еще былъ въ Киргизъ-кайсацкую меньшую орду а въ Хиву въ 1741 году, и на пути семъ измѣрилъ и положилъ на планъ половину Аральскаго моря.

 

 

25

былъ избранъ. По смерти Надира, Хивинцы отъ преобладанія Персіи опять освободились.

Въ 17 50 году былъ въ Оренбургѣ Хивинскій посолъ Ирбекъ.

Въ 1755 году былъ въ Хиве Самарскiй купецъ Рукавкинъ, котораго путешествiе помѣщается въ томъ виде, какъ оно имъ самимъ описано.

 

 

Описаніе пути отъ Оренбурга къ Хивѣ и Бyхарамъ, бывшаго при отправленномъ вь 1753 году изъ Оренбурга въ тѣ мѣста купеческомъ караванѣ Самарскаго купца Данилы Рукавкина.

 

Государыня Императрица Елисаветъ Петровна, послѣдуя стопамъ родителя своего, Государя Императора Петра Великаго, къ познанiю Азiатскихъ владеній и областей и къ распространенію Российской въ Оренбурге коммерціи отправленіемъ въ те области Россійскихъ купеческихъ каравановъ съ товарами, повелеть соизволила Действительному Тайному Советнику и бывшему въ Оренбурге Губернатору Ивану Ивановичу Неплюеву учинить сему начало.

Во исполненiе онаго Высочайшаго повелѣнія, и по усмотрѣнію его господина Губернатора тамошнихъ обстоятельствъ, въ опытъ къ свобод­

 

 

26

ной съ Бухарскими и Хивинскими народами коммерцiи, чрезъ дикія и степныя мѣста Киргисъ-кайсацкою ордою до Хивы и Бухаріи отправленъ былъ купеческій караванъ съ товарами, при которомъ опредѣленъ я былъ главнымъ.

А какъ Россійскихъ каравановъ изъ Оренбурга въ тѣ мѣста еще не отправлялось; то и ѣхали мы, дикою Киргисъ-кайсацкою степью и мимо Аральскаго и Трухменскаго народовъ, за провожденіемъ отправленныхъ съ нами Киргисъ-кайсаковъ, во всегдашнемъ ожиданіи разграбленiя, каравана и побитія насъ. Но Божіимъ храненіемъ прибыли въ Хиву благополучно.

Впущены были въ храмъ-сарай [Караванъ-сарай], то есть въ гостиный дворъ, гдѣ, по приказанiю ханскому, были подъ присмотромъ десять мѣсяцевъ и безъ допущенія насъ до свободнаго торгу, a всѣ товары наши забраны на ханскій дворъ безденежно.

Господинъ Губернаторъ, свѣдавъ о томъ, приказалъ задержать въ Оренбургѣ Хивинцевъ; почему за оные товары хотя напослѣдокъ платежъ отъ ханскаго двора и полученъ, но не настоящею цѣною, а такою, какая Хану разсудилась, и потомъ караванъ нашъ Хивинскимъ Ханомъ отпущенъ въ Оренбургъ.

Я, по случаю моей тамъ бытности, за долгъ

 

 

27

почитаю описать показаніе всего того, чему я въ Хивинскомъ владенiи былъ самовидѣцъ.

Городъ Хива, въ которомъ Хивинскіе Ханы дворъ свой имѣютъ, также и подвластныя того Хана крѣпостцы: 1. Анбиры, 2. Щабатъ, 3. Кеитъ, 4. Чепъ, 5. Азарысъ и 6. Урганичь, всѣ стоятъ при каналахъ, пропущенныхъ изъ рѣки Амуръ-дарьи; укрѣпленiя, кромѣ невысокихъ глиняныхъ стѣнъ и небольшихъ рвовъ, не имѣютъ; артиллеріи никакой нѣтъ, и оружіе ихъ, по большой части — стрѣлы и копья; имѣютъ и огненное орудіе, но онаго весьма мало.

Отъ Оренбурга до Хивы, по примѣру хода, не болѣе тысячи верстъ почитать должно.

Во всѣхъ объявленныхъ крѣпостцахъ жителей весьма мало, и торги производятся въ установленные дни, такъ какъ въ Россійскихъ селахъ, а большой торгъ у нихъ бываетъ въ Урганичѣ; потому что оная всѣхъ ближе къ Киргисъ-кайсацкой ордѣ, также и къ Оренбургу первая. Пріѣзжаютъ въ оную Киргисъ-кайсаки, Бухарцы, Трухменцы и Аральцы.

Хивинцы живутъ болѣе въ окружности вышеписанныхъ крѣпостей, каждый при своемь разведенномъ саду, где и хлѣбъ для себя сѣютъ; а крѣпостцы имѣютъ только для защиты на случай непріятельскаго нападенія, такъ какъ у нихъ происходятъ частыя ссоры съ Трухменца-

 

 

28

ми, которые такое жъ оружіе употребляютъ, какъ и Хивинцы. Не рѣдко бываютъ у Хивинцевъ и междусобные раздоры. Скотоводства они не имѣютъ, а довольствуются покупкою скота отъ Киргизъ-кайсаковъ и Аральцевъ.

Мимо Хивы протекаетъ рѣка Амуръ-дарья, шириною на нѣсколько саженъ, и теченіе имѣетъ быстрое; она течетъ съ полуденной стороны, и впадаетъ въ Аральское море.

Бухарія стоитъ при оной же рѣкѣ; разстоянія отъ Хивы считаютъ конской ѣзды четыре дня. Бухарцы для торгу съ товарами въ Хиву пріѣзжаютъ на маленькихъ судахъ, сдѣланныхъ изъ маленькихъ досокъ; на такихъ же (судахъ) и перевозъ чрезъ рѣку бываетъ.

Хивинцы, въ случаѣ непріятельскихъ нападенiй, вспомоществованiе получаютъ отъ Трухменцевъ, за большіе подарки, которые бываютъ по общему условію: сколько одни дать, a другіе взять согласятся.

Трухменцы — также орда не сильная и не многолюдная. Хановъ надъ собою не имѣютъ, а начальствуютъ надъ ними старшины.

Хивинцы Хановъ избираютъ изъ Киргисъ-кайсацкой орды и изъ Бухарскихъ ханскихъ поколѣній, а не изъ подданныхъ.

Строеніе, какъ въ Хивѣ, такъ и въ друтихъ

 

 

29

крепостцахъ, ханское и обывательское, сдѣлано изъ глины.

Зима продолжается въ Хивѣ не болѣе двухъ мѣсяцевъ: Декабря и Января, да и то только что земля нѣсколько примерзнетъ, a снегъ не лежитъ, когда же нѣсколько и выпадетъ, но какъ солнечное сіяніе случится, то и растаетъ. Также и въ лѣтнее время дождей мало бываетъ, а посѣянный хлѣбъ произрастаетъ отъ напускаемой воды изъ каналовъ.

Земля Хивинскаго владенія — песчаная и безъ навозу, а хлебъ въ урожаѣ у нихъ бываетъ: пшеница, пшено сарацинское, просо, чечевица; кунчара (оной въ Россіи нѣтъ), дѣлаютъ изъ сего семени масло; жугара (родъ пшеницы здѣсь извѣстной, подъ названіемъ бѣлоярой; только оная очень крупна и шишки велики); оную употребляютъ какъ для себя въ пищу, такъ и лошадямъ въ кормъ. Овощу всякаго, какъ и въ Россіи, довольно; сады имѣютъ не малые, въ которыхъ родятся разные фрукты: виноградъ белый и черный, яблоки, груши, сливы и проч.

Хлопчатой бумаги сеютъ довольно, а шелковые заводы имѣютъ небольшіе; деревьевъ шелковичныхъ (называемыхъ у насъ тутовыми) — при садахъ и каналахъ довольно. Заводы всякій, кто пожелаетъ, имѣетъ беззапретно, и не требуя къ тому никакого дозволенія.

 

 

30

Въ Аральское море впали двѣ рѣки: первая Сыръ-дарья, вторая Куванъ-даръя. Изъ нихъ Сырь-даръя граничитъ съ Киргисъ-кайсацкою ордою, которая по ней и кочуетъ; она отъ Оренбурга первая. Шириною оныя противъ Москвы рѣки. Изъ нихъ первая глубже, такъ что мы съ караваномъ переѣзжали оную на сдѣланныхъ изъ куги (т. е. изъ тальника, растущаго при берегахъ той рѣки) и изъ камыша плотахъ, а другую — въ бродъ.

При первой изъ предписанныхъ рѣкъ стоитъ городъ Туркестанъ.

Изъ Аральскаго въ Каспійское море теченіе имѣетъ небольшая рѣчка, которую мы не переѣзжали. Она прежнимъ теченiемъ, какъ видно по берегамъ, была не менѣе десяти саженъ; но при самомъ исходѣ изъ Аральскаго моря завалена Хивинцами, по опасности отъ бывшаго на Каспійскомъ морѣ разбойника Стеньки Разина, въ 1670 году разбойничившаго, чтобъ по той рѣчкѣ не могъ придти и разорить ихъ Хивинцевъ; однакожъ и нынѣ та рѣчка не малое теченіе воды имѣетъ. При оной имѣется довольно лѣсу, называемаго тамошними соксоульникъ.

При той рѣкѣ стоить Хивинскій городъ Урганичъ, пусть; сказываютъ, что онъ разоренъ Волжскими Калмыками Аюки-Хана. Онаго города стѣна, внутри двѣ мечети, ханскій домъ и нѣ­

 

 

31

сколько другихъ домовъ — каменные; на нихъ крышки уже обветшалыя.

На дороге отъ Оренбурга, близъ Аральскаго моря, не доѣзжая до Хивы въ трехъ дняхъ ѣзды, есть превеликая гора, о которой увѣренъ я живущими при тѣхъ мѣстахъ Россiйскими промышлениками, также и самыми Хивинцами, что въ ней есть золотая руда; но добывать и плавить оную имъ Хивинцамъ, по прежнимъ ихъ узаконеніямъ, подъ клятвою запрещено. Она состоитъ во владѣніи Хивинскомъ. Хотя же мы на возвратномъ изъ Хивы съ караваномъ проѣздѣ и предпринимали заехать къ той горе; но посланные отъ ханскаго двора съ нами послы и проводники дали намъ знать, что если мы не желаемъ быть злосчастными и жизнь подвергнуть конечной опасности, тобъ оное любопытство оставили. Почему и принуждены съ крайнимъ нашимъ сожалѣніемъ оставить.

Хивинскій народъ сарты, т. е. купцы и хлѣбопашцы, также нѣкоторые Узбеки, почитающіе себя дворянами, усердно желаютъ имѣть съ нами коммерцію; но набѣги Киргисъ-кайсаковъ, а потому и страхъ производить съ Россiянами торги, быть ограбленными отъ нихъ въ степномъ пути, въ проѣздъ съ караваномъ до Оренбурга, охоту сію умаляютъ. При всемъ томъ многіе изъ Хивинцевъ не только торговать, но и во

 

 

32

всегдашнемъ подданствѣ у Россіи быть искреннее изъявляютъ желаніе.

Хивинскіе Ханы съ подданныхъ своихь извѣстныхъ податей не сбираютъ; а берутъ, какая когда надобность случится, съ числа дворовъ, и какъ сказывали — сходитъ иногда въ годъ по три и по пяти рублей съ двора.

Въ Хивѣ и въ другихъ Хивинскаго владѣнія мѣстахъ плѣнныхъ изъ всякаго народа есть не малое число, и Ханы въ охраненіи своей особы довѣренность полагаютъ болѣе на чужестранцевъ; въ разсужденіи чего они при дворѣ содержатся въ отмѣнной милости, довольно получаютъ жалованья, такожъ и отъ Хивинцевъ состоятъ въ почтеніи.

Хивинскіе народы золота и серебра не дѣлаютъ, а получаютъ оное изъ Персіи и Бухаріи. Въ деньги хотя оныя и въ Хивѣ передѣлываются, но на имя Бухарскихъ, а не Хивинскихъ Хановъ, по прежнимъ ихъ узаконенiямъ.

Хивинцы дѣлаютъ парчицы шелковыя и бумажныя весьма посредственной доброты, и по большой части, привозя оныя въ Оренбургъ, продаютъ; здѣсь накупя Россійскихъ товаровъ, ѣздятъ съ оными въ Бухарію и Персiю, и покупаемые тамъ товары привозятъ опять въ Оренбургъ.

Хивинцы нравы имѣютъ грубые и вздор­

 

 

33

ные, и какъ увидятъ противъ себя смѣлаго и отважнаго человѣка, то очень робѣютъ.

Въ бытность нашу въ Хивѣ старались мы разными средствами развѣдывать, какъ отъ плѣнныхъ (изъ которыхъ мы вывезли въ Оренбургъ Россiйскихъ четырехъ человѣкъ, бывшихъ въ плѣну около сорока лѣтъ), такъ и отъ прiятствующихъ къ намъ Хивинцевъ, и вѣроятно навѣдались, что они находятся во всегдашней опасности отъ Россіи вразсужденіи учиненнаго ими беззаконнаго убивства надъ Княземъ Александромъ Бековичемъ Черкасскимъ съ командою, и что оное безъ достойнаго отмщенія имъ оставлено не будетъ.

Городъ Оренбургъ хотя для коммерціи съ тамошними Азіятскими народами способенъ; но въ производствѣ и распространенiи оной происходитъ отъ Киргисъ-кайсацкой орды, какъ отъ своевольнаго и необузданнаго народа, великое препятствiе темъ, что Хивинцы, Бухарцы и Ташкентцы, желающiе торговать въ Оренбургѣ и Троицкой крѣпости, должны ѣхать съ товарами своими не минуемо чрезъ ту Киргизъ-кайсацкую орду, отъ которой не только караваны нападенiю, а товары разграбленію, но и купцы не рѣдко убивству подвержены бываютъ, а за тѣмъ не многіе отваживаются на удачу приходить въ Оренбургъ и Троицкую крепость. И

 

 

34

еслибъ оныя опасности не препятствовали, то сь вѣроятиостію заключить можно, что несравненно болѣе бы нынѣшняго каравановъ приходило, слѣдственно и товары ихъ были бъ дешевле; Россійскихъ же выходило бъ болѣе, а чрезъ то и казна получила бы приращенiе.

 

 

Описание разныхъ дорогъ отъ Оренбурга къ городамъ Хивѣ и Бухаріи.

1. Отъ Оренбурга подлѣ рѣки Урала (Яикъ), внизъ по крѣпостямъ чрезъ казачiй городокъ Уральскъ, подлѣ той же рѣки по крѣпостямъ и форпостамъ до Сарачиковскаго форпоста, который стоить отъ Гурьева-городка верстахъ въ 60, отъ онаго переѣхавъ рѣку Уралъ, шли три дня до рѣчки, называемой Киргисцами Бѣлосоленая, [въ ней вода горькая], перешедъ оную близъ колодезей, копанныхъ Киргись-кайсаками, въ коихъ прѣсной воды довольно. Отъ сихъ до рѣки Эньбы шли два дня разстояніе около 60 верстъ; на семъ разстояніи колодезей и никакой воды нѣтъ. Рѣка Эньба не велика и не глубока, такъ что мы съ караваномъ переходили ее въ бродъ. Вода въ ней прѣсная и здоровая. Лѣсъ мелкій тальникъ (называемый по Азіятски тарайгульникъ), кой употребляется только на дрова. Оная рѣка впала въ Каспійское море. Мы ее переходили и шли тою же дорогою, гдѣ переправлялся и шелъ Князь Александръ Бековичъ Черкасскiй

 

 

35

(посыланный отъ Петра I съ командою), два дня до горы, называемой Юрнякъ. По оному пути есть озера съ пресною водою, также и травы для скота довольно. Оная гора между Каспiйскимъ и Аральскимъ морями простирается сыртомъ, хребтомъ; а наклоненіе имѣетъ отъ Аральскаго къ Каспiйскому морю. При подошве оной горы, со стороны Енъбы, есть ключъ прѣсной воды. На вepxy той горы, не подалеку отъ ея начала, стоитъ крѣпость пустая, четвероугольная, сдѣланная изъ кирпича небольшой величины, такъ какъ саженъ по сту каждая стена. Для входа въ нее однѣ ворота. Стѣны нѣсколько пообвалились, а строенiя въ ней никакого нѣтъ. А для чего и кѣмъ оная крѣпость построена, никто не знаетъ. Въ близости оной колодезь чрезмѣрно глубокъ, выкладенный кирпичемъ, и неподалеку отъ него — озеро съ прѣсною водою. Отъ оной крепостцы шли тѣмъ сыртомъ и песками [кoи у Киргисцевъ называются Шамскими], четыре дня. Потомъ путь нашъ склонился подъ гору, и по всему оному пути есть колодези съ прѣсною водою. Идучи по вышеописанному хребту, увидѣли мы, чрезъ открывшуюся долину, въ правой сторонѣ, воду, о которой бывшіе съ нами Киргисъ-кайсаки и Хивинцы объявили, что она окружаетъ одинъ островъ, въ которомъ, какъ сказывали, есть замокъ, называемый Барсо-

 

 

36

Кельмесъ, то есть: входящему не возвратный путь. Вода около онаго горькая, и хотя не весьма глубокая, только ни на какихъ судахъ ѣздить, ко освѣдомленiю о подлинности того замка, не можно; а еслибы кто оное предпріять отважился, тотъ непремѣнно долженъ въ оной водѣ погибнуть. И ко утвержденiю оныхь страховъ баснословятъ, будто бы тотъ замокъ сдѣланъ такимъ чрезъ нѣкоторое волшебство, называемое тымимъ. Есть ли же въ немъ жители, того не знаютъ. По сходѣ съ сырта, шли низкими мѣстами, склоняющимися къ Аральскому морю, три дня, гдѣ воды прѣссной въ озерахъ и колодозяхъ, также лѣсу соккульнина и тарангульника на дрова довольно; и пришли къ вышеписанной крѣпостцѣ, называемой Урганичъ, стоящей при рѣчкѣ, коею переправясь, шли два дня до крѣпостцы Хивинскаго владѣнія, называемой Анбиры. Отъ оной до крѣпостцы Шабату также два дня, отъ Шабата до крѣпости Кеитъ полтора дня, а отъ Кеита до Хивы одинъ день. По всему оному пути безводныхъ мѣстъ не видно было, а травы, какъ выше сказано, поднявшись на Сыртъ и даже до Хивы, не очень довольно.

2. Отъ Оренбурга подле реки Урала, по крѣпостямъ до Орской крѣпости и прямо чрезъ реку Орь, Киргисъ-кайсацкою степью, чрезъ кочующихъ Киргисъ-кайсаковъ, прямо на реку

 

 

37

Сыръ-дарью. По оному пути есть рѣчки и колодези съ прѣсною водою; лесу нѣтъ, кроме мелкаго тальника, и то только при рѣчкахъ и долинахъ; травы для скотскаго корму до Сыръ-дарьи изрядныя. Отъ оной — на рѣку Амуръ-дарью; разстоянія между оными рѣками — около 300 версть. На ономъ разстояніи только три колодезя, съ прѣсною водою. Перешедъ Амуръ-дарью, до крѣпости Урганичъ - 25 верстъ, а отъ Урганича до Хивы столько же. Отъ показанной же Сыръ-дарьи до Хивы мѣста песчаныя, и травы особаго роду не скотопитательныя.

3. Отъ города Оренбурга на Илецкую защиту, и при оной чрезъ Илекъ рѣку, Киргисъ-кайсацкою степью, на вершины рѣки Еньбы, а съ оныхъ на рѣку Сыръ-дарью. Оная дорога какъ водами, такъ и травами, довольнѣе, и изъ всѣхъ прямѣе и способнѣе почитается.

 

 

-    -    -    -

 

Въ 1762 году, опять въ Россіи былъ посолъ Хивинскій, какъ ниже увидимъ.

Въ томъ же 1762 году, въ Астрахани составилась компанія для торговли съ Хивою; но когда и чѣмъ эта компанiя кончилась — не известно.

Въ томъ же 1762 году, кол. сов. Рычковъ, въ описаніи, или топографіи Оренбургской губер­

 

 

38

нiи, дополнилъ извѣстія о Хивѣ разными новыми свѣдѣніями.

Хивинское владѣнiе, говоритъ онъ, смежно со стороны Каспійскаго моря съ Трухменцами и Персіею, потомъ съ Бухарскимъ и отчасти съ Зюнгорскимъ владѣнiями, съ Каракалпаками, Аральцами и Киргисъ-кайсаками. А какъ ѣдущимъ изъ Бухаріи, Балха, Бадакшана и другихъ тамошнихъ землицъ въ Оренбургъ, и изъ онаго во всѣ тѣ мѣста отправляющимся купеческимъ караванамъ Хивинскаго владѣнія миновать почти не возможно; того ради, въ разсужденіи Оренбургской коммерціи, городъ Хиву такъ какъ портъ признавать слѣдуетъ, а потому уже и Хивинскаго Хана и тамошнихъ Узбековъ уважать не безпотребно; ибо они той коммерцiи и способствовать и препятствовать въ состоянiи. Однимъ словомъ, можно заключить, что наилучшій успѣхъ оной коммерцiи наипаче отъ того зависитъ, когда Киргисъ-кайсацкой степной народъ, подданный Россійскій (чрезъ который въ Оренбургъ и изъ Оренбурга въ тѣ мѣста идущимъ караванамъ, также какъ и чрезъ Хивинское владѣніе, необходимо переходить надобно), спокойно пребываетъ, и отъ Хивинцевъ въ ихъ владѣніи купцамъ никакія задержки и обиды не происходятъ. Потому сіе Оренбургской губерніи смежное владѣніе тре-

 

 

39

буетъ здесь, паче прочихъ, обстоятельнейшаго описанiя, что, елико понынѣ вѣдомо, слѣдуетъ ниже.

Въ Татарскихъ исторiяхъ народъ сей именуется Харазы, и Хивинскій Ханъ донынѣ Харазымскимъ владѣтелемъ пишется. О началѣ сего народа сказываютъ, яко бы въ древнія времена одинъ Государь, озлобясь на подданныхъ своихъ за ихъ вины, выгналъ изъ своего государства въ степь мужеска пола 400 человѣкъ, которые, скитаясь по степямъ, дошли до реки Аму, и на оной, избравъ способное мѣсто, поселились. Чрезъ нѣкоторое время, Государь, вспомня ихъ, послалъ провѣдать, гдѣ они находятся, и получа отъ посланныхъ донесеніе, что они поселились на весьма способномъ и привольномъ мѣстѣ, и живучи тутъ, имѣютъ довольство скотъ и дровъ, а притомъ рыбные и другіе промыслы, далъ званіе „Харазимъ", что значитъ; имѣющіе мясо и дрова. Потомъ, умилостивившись, послалъ къ нимъ по женѣ изъ Турскаго роду, ко ихъ они получа, расплодились и имели частыя войны съ смежными народами, отъ чего донынѣ во всехъ тамошнихъ народахъ за храбрых и искуснѣйшихъ въ военныхъ дѣлахъ почитаются. Есть еще у Татаръ баснословная повѣсть, будто бы они произошли отъ Евреевъ; но оную описывать здѣсь не достойно. Къ томужъ быв-

 

 

40

шій въ 1750 году въ Оренбургѣ Хивинской посолъ Ирбекъ въ разговорахъ объявить, что та басня носится у нихъ только между подлымъ народомъ, а разсудительные люди утверждаются на преждеписанномъ. Тамошніе народы всѣхъ Хивинцевъ называютъ общимъ именемъ Ургенечъ, и за древность ихъ начала содержать въ отмѣнномъ почтенiи, и для того, какъ сказываютъ, Хивинскіе купеческіе караваны въ Бухарахъ, или гдѣбъ ни были въ тамошнихъ странахъ, пошлинъ никогда не платятъ, хотя оную у себя въ Хивѣ собираютъ со всѣхъ каравановъ. Народонаселеніе настоящихъ Хивинцевъ хотя не очень велико; но они сильны Узбеками, Трухменцами, и Аральцами, которые бывали Хивинскихъ Хановъ подданными. И нынѣ Трухменцы и Аральцы служатъ имъ по большой части добровольно, и сказываютъ, что ихъ съ тѣми народами сбиралось иногда на войну отъ двадцати до тридцати тысячъ человѣкъ. Только нынѣ сіе число собрать имъ трудно; ибо изъ многихъ обстоятельствъ усмотрѣть можно, что они Киргисъ-кайсацкаго народа трусятъ, и еслибъ сей народъ соединенною силою на нихъ отважился, то имъ Хивинцамъ нынѣ устоять противъ нихъ весьма бы было трудно.

Впрочемъ городъ Хива отъ Оренбурга лежитъ въ полуденную сторону, разстояніемъ ка-

 

 

41

раванной ѣзды дней двѣнадцать, или пятнадцать. Путь до него чрезъ Киргисъ-кайсацкую степь способной; ибо вездѣ находится трава и вода, и большихъ переправъ, кромѣ одной чрезъ рѣку Сыръ-дарью, нѣтъ. Потребно токмо имѣть всегдашнюю и недреманную осторожность отъ Киргисцевъ, которые хотя малую оплошность увидятъ, то по натуральной своей склонности къ воровству не преминутъ чинить пакости, а паче стараются напередъ отгонять конскіе табуны.

Городъ Хива стоитъ на каналахъ, которые проведены изъ рѣки, называемой Улу, или Аму-дарьи, впадающей въ Аральское море; почему изъ Аральскаго моря къ сему городу подойти можно близко. Укрепленіе имѣетъ стену, изъ глины четвероугольно сделанную; на углахъ, также въ опасныхъ местахъ, для карауловъ, устроены будки. Домовъ въ немъ тысячи три, или болѣе; строены всѣ линiями, изъ глины, и каждая улица подъ одну крышку, а дворовъ нетъ. Для скотины жители имеютъ хутора, или загородные дворы, строенные также изъ глины. Улицы во всемъ городѣ весьма тѣсныя. Одинъ изъ бывшихъ тамъ инженерныхъ офицеровъ, посыланной изъ Оренбургской коммиссіи, въ бытность Абулхаирову (ибо онъ нѣсколько времени былъ тутъ на ханствѣ), сочинилъ сему городу планъ,

 

 

42

который находится въ Оренбургской губернской канцелярiи у заграничныхъ дѣлъ.

Хивинскому владѣнію подсудныхъ городовъ, кромѣ Хивы, считается одиннадцать, изъ которыхъ съ Оренбургской стороны: Гурнянъ, Везиркентъ, Шабакъ , Казабатъ, да по ту сторону Хивы: Урганичъ, Адарусъ, Бетнякъ и Аксарай. Сверхъ сихъ городовъ есть еще разныя мѣстечки и многія деревни. Въ оныхъ городахъ управители изъ тамошнихъ гражданъ, а не Хивинскіе беки, или князьки; однако всѣ они считаются подъ владѣнiемъ Хивинскаго Хана, котоpый живетъ въ городѣ Хивѣ въ нарочитомъ великолѣпiи. Хотя же онъ народъ содержитъ въ своей власти, но у Хивинцевъ издавна было обыкновеніе Хановъ своихъ умерщвлять тайнымъ образомъ, когда отъ нихъ увидятъ себѣ озлобленіе; чрезъ что настоящую ханскую породу у себя вывели, и уже нѣсколько лѣтъ берутъ въ Ханы изъ постороннихъ Салтановъ, какъ и нынѣ находящiйся у нихъ Ханомъ Киргисъ-кайсацкаго Батырь-Салтана сынъ Хаипъ; а прежде былъ у нихъ Ханомъ же Нурали-Салтанъ, сынъ Абулхаировъ, который послѣ того Киргисъ-кайсацкимъ Ханомъ, на мѣсто отца своего Абулхаира, пожалованъ; да и самъ Абулхаирь-Ханъ былъ и у нихъ Ханомъ, только принужденъ возвратиться въ свою орду, когда въ 1740 году, Пер-

 

 

43

сидскій. Шахъ Надиръ съ войскомъ своимъ къ Хивѣ приходилъ, и почти безъ всякаго труда взявъ оную приступомъ, оставилъ тутъ свой гарнизонъ; но по смерти сего Шаха, Хивинцы, выгнавъ оный гарнизонъ, сдѣлались паки, и нынѣ находятся свободными.

Хивинскій народъ хлѣба сѣетъ довольно; родится у нихъ пшеница, полба, ячмень, пшено сарацинское, просо, хлопчатая бумага и табакъ. Шелкъ дѣлается у нихъ самихъ, но не много. Торговлю производятъ съ Персіею, Бухаріею и другими тамошними землицами. Фруктовъ древесныхъ и огородныхъ, также винограду, родится у нихъ съ избыткомъ. Скудны токмо лошадьми и скотомъ; ибо пажитныхъ мѣстъ тамъ весьма мало, а больше песчаныя, и затѣмъ лошадей покупаютъ у Киргисцевъ и Каракалпаковъ. Водяной ходъ изъ Хивы въ Аральцы бываетъ по Улу, или Аму-дарьѣ, внизъ; а вверхъ до Бухаріи и далѣе. Въ Хивинскомъ владѣніи, подлѣ самаго Аральскаго моря, находится гора, въ которой, какъ сказываютъ, есть богатая золотая руда; но добывать ее никому не дозволено.

Аралинцы, Аралы, или Аральскіе Узбеки, коихъ исторія тѣсно связана съ Хивинскою, и о коихъ говорено выше подъ 1728 годомъ, продолжаетъ Рычковъ, суть небольшой народъ, обитающій на восточной сторонѣ и островахъ А-

 

 

44

ральскаго моря. Онъ бывалъ въ подданствѣ у Хивинскихъ Хановъ, но недавно, отложась отъ нихъ, избралъ Хана собственнаго изъ фамиліи Хивинскихъ же. Иногда у Аральцевъ ханствуютъ Султаны Киргизскіе, какъ въ 1749 году былъ нѣсколько времени Нурали. У Аралинцевъ, сказываютъ, естъ золотая руда и слюдяныя горы, но же разработываются, потому что Аралы доставать металлы и плавить ихъ не умѣютъ. Аралцы говорятъ Трухменскимъ нарѣчіемъ языка Татарскаго. Лѣтомъ они кочуютъ и пашутъ землю, а для зимы имѣютъ юрты, или хижины; а по ту сторону рѣки Сыпъ-дарьи, на одномъ островѣ, есть у нихъ и городокъ, Аралемъ называемый. Но знатнѣйшіе изъ Араль-Узбековъ почти всегда живутъ при Хивинскомъ Ханѣ, и получаютъ отъ него жалованье, а въ военныхъ случаяхъ присоединяются къ Хивинцамъ и Трухменцамъ.

 

Въ 1793 году опять въ Россіи былъ посолъ Хивинскій.

Въ 1802 году [по извѣстіямъ Муравьева Ч.П. стр. 41 и 46], послѣ бывшаго въ Хивѣ междоусобія, образъ тамошняго правленія перемѣнился: родоначальникъ поколѣнія Махметъ-Рагимъ назвалъ себя Ханомъ; началъ чеканить собственныя свои золотыя и серебряныя монеты,

 

 

45

отливать пушки; учредилъ таможню и хотѣлъ совсѣмъ освободиться отъ зависимости Бухаріи, но не успѣлъ.

Въ 1808 году Хива покорена была Ханомъ Бухарскимъ, но тогда же возвращена побѣжденному ея обладателю.

Въ 1813 году, Ханъ Рагинъ ходилъ войною на Персію, и встрѣтившись съ войскомъ Персидскимъ, имѣлъ съ нимъ нѣсколько перестрѣлокъ; обѣ воюющія стороны, захвативъ плѣнныхъ, скоро однакожъ удалились въ свои земли.

Въ 1819 году, командовавшiй Грузинскимъ отдѣльнымъ корпусомъ Генералъ-отъ-Инфантеріи Ермоловъ, снарядивъ экспедицію къ восточнымъ берегамъ Каспійскаго моря, для склоненія Туркменовъ, тамъ обитающихъ, къ пріязненнымъ сношеніямъ съ Россіею, отправилъ офицера главнаго штаба [нынѣ Генералъ-Лейтенанта] Николая Муравьева въ Хивy, для сношенія съ владѣтелемъ оной и описанія того края.

Капитанъ Муравьевъ, описавъ восточный бeрегъ Каспійскаго моря, тогожъ 1819 года Сентября 19 числа, изъ Красноводска, съ денщикомъ своимъ и съ переводчидомъ изъ Армянъ Петровичемъ) на нанятыхъ у Туркменцевъ четырехъ верблюдахъ и двухъ лошадяхъ, отправился прямо въ Хиву, и послѣ десятидневнаго пути, т.е. 29 Сентября, по руслу большой высохшей рѣки,

 

 

46

верстъ десять продолжавшемуся, при урочищѣ Бешъ-дишакъ, достигъ земли Хивинской. Отсюда черезъ 6 дней, Октября 5 числа, прибылъ на разстояніе 40 верстъ отъ самаго города Хивы. Отъѣхавъ еще 8 верстъ, Муравьевъ встрѣченъ былъ двумя чиновниками Хана Хивинскаго, изъ коихъ одинъ, по имени Атъ-чапаръ, 6 Октября, по ханскому приказанію, проводилъ Муравьева еще верстъ 18 въ крѣпостцу Иль-гельду, принадлежащую другому вельможѣ Ходжатъ-мигрему, сынъ сего вельможи Сеитъ-незеръ, объявивъ Муравьеву отъ имени Хана поклонъ, и отведя ему комнату, прилично угостилъ.

7 числа Октября, прибывшій изъ Хивы сынъ Атъ-чапара увѣрялъ Муравьева, что на слѣдуюшiй день Ханъ непремѣнно его потребуетъ. Хотя на другой день и пріѣхалъ отъ Хана нѣкто Якубъ-бай, но только — узнать: кто такой Муравьевъ, съ какимъ прибылъ въ Хиву намѣреніемъ, и какія имѣетъ порученія? При семъ Якубъ-бай требовалъ бумагъ для врученія Хану. Муравьевъ отказалъ въ отдачѣ бумагъ, объявивъ, что онъ посланъ къ одному Хану, который можетъ отпустить его обратно, если не хочетъ его видѣть; причемъ сказалъ Баю, что онъ имѣетъ также письма и подарки Хану отъ Сардаря земель между Каспійскимъ и Чернымъ морями и отъ маіора Пономарева, управляющаго однимъ изъ ханствъ

 

 

47

подвластныхъ Сардарю. По удаленіи Якубъ-бая, обращенiе съ Муравьевымъ становилось каждый день грубѣе, пища умѣреннѣе; чай и даже дрова для варенія пищи давать перестали. Присмотръ сдѣлался строже; не позволялось даже на минуту изъ комнаты отлучаться безъ двухъ сторожей ; приставленные къ воротамъ караульные никого къ нему не пускали, а по ночамъ лежалъ у порога комнаты человѣкъ такимъ образомъ, что всякій, отпирая дверь, долженъ былъ его разбудить. 8-го Октября Муравьевъ чрезъ провожатыхъ своихъ Туркменцевъ узналъ, что, по пріѣздѣ его, Ханъ собиралъ изъ всѣхъ почетныхъ людей ханства совѣтъ, на которомъ объявлены были разныя мнѣнiя. Самъ Ханъ почиталъ Муравьева лазутчикомъ, котораго Туркмены не должны были допустить до Хивинскихъ владѣнiй, но убить его, и представить Хану везенные къ нему подарки. Кази, главная духовная особа, сказалъ: „онъ невѣрный, его должно отвести въ поле и зарыть живаго." На это Ханъ возразила: ,,я почиталъ тебя умнѣе самаго себя, но вижу, что въ тебѣ ума совсѣмъ нѣтъ; если его убью, то на будущій годъ Государь его, Бѣлый Царь, повытаскаетъ изъ Гарема женъ моихъ; я лучше приму его и отпущу, а между тѣмъ пускай посидитъ; надобно развѣдать отъ него, за какимъ дѣломъ онъ прі­

 

 

48

ѣхалъ." Послѣ сего Ханъ отправился на охоту на 12 дней, и возвратился 23-го Октября. 4 числа Ноября, съ Красноводскаго берега прибылъ въ Хиву Туркменецъ Ніасъ-батырь, привезшій отъ маiора Пономарева письма къ Хану и Муравьеву, и вручившій ихъ по принадлежности. При свиданіи съ Муравьевымъ, Нiасъ-батырь объявилъ ему поклонъ оть Хана; но Муравьевъ все еще оставался въ заточеніи до 16-го числа Ноября. Тогда только прибыль изъ Хивы Юзъ-баши, поздравилъ Муравьева съ радостiю, и объявилъ, что Ханъ требуетъ его къ себѣ. 17-го Ноября Юзъ-баши, препроводивъ Муравьева въ Хиву, отвелъ на весьма, чистый и хорошій дворъ, гдѣ отъ имени Хана объявилъ его гостемъ Аги-Юсуфа, перваго визиря ханскаго, и угощая весьма хорошо, сперва взялъ только письма, а потомъ въ туже ночь и подарки; самаго Муравьева продержали подъ строжайшимъ карауломъ еще нѣсколько дней, и уже 20-гo числа Ноября представили въ кибитку Хана на аудіенцiю.

Послѣ первой аудіенцiи, вынесли Муравьеву халата изъ золотой парчи, ханомъ подаренный, и надѣвъ на него, опоясали богатымъ кушакомъ изъ Индѣйской золотой парчи, дали за поясь кинжалъ въ серебряныхъ ножнахъ, и накинувъ сверху родъ ризы съ короткими по локоть рукавами, отвели Муравьева опять къ хан­

 

 

49

ской кибиткѣ. На сей второй аудiенцiи онъ повторилъ тоже, что говорилъ на первой; по возвращеніи оттуда къ большимъ воротамъ, быль посаженъ на приготовленнаго для него прекраснаго сѣраго Туркменской породы жеребца, котораго Туркмены вели подъ уздцы съ двухъ сторонъ; двое при томъ шли у стремянъ, и проводя такимъ образомъ Муравьева до квартиры, объявили, что онъ теперь свободенъ.

21-го Ноября Муравьевъ, отправляясь въ отечество, сперва прибылъ въ крѣпосцу Иль-Гельди, гдѣ прежде провелъ въ заточеніи 48 дней. Оттуда съ тремя Хивинскими посланцами , 22-го Ноября, продолжалъ путь далѣе, и возвратился къ Красноводску, на восточный берегъ Каспійскаго моря, 13-го Декабря, пробывъ въ пути всего 22 дня.

Изъ собранныхъ Муравьевымъ свѣденій, видно, что Хивинское ханство, окруженное, какъ оазисъ, песчаными и безплодными степями, простирается отъ сѣвера на югъ около 180, и отъ востока на западъ около 150 верстъ, а всего пространства имѣетъ около 21,000 квадратныхъ верстъ. Граничитъ къ сѣверу съ Аральскимъ моремъ и степями, къ юго-востоку степями же, отдѣляющими его отъ Бухаріи *, къ юго-за-

* Отъ Хивы до Бухаріи, по счету Барона Мейендорфа, только 350 верстъ.

 

 

50

паду также степями и песками, отдѣляющими его отъ Туркменцевъ, поколѣнія Теке, къ востоку степями кочующихъ Киргизъ-кайсаковъ, къ западу частію высохшимъ русломъ древняго Окса, частiю безплодными мѣстами, продолжающимися около 800 верстъ до самаго Каспійскаго моря.

На пространствѣ Хивы, омываемой рѣкой Аму и искуственными ея протоками, лежатъ пять городовъ: 1) Хива, съ 3,000 домовъ и 10,000 жителей, какъ столица, имѣетъ ханскій дворецъ, нѣсколько мечетей и нѣсколько зданій, занимаемыхъ ханскимъ Правительствомъ; 2) Уржендъ, городъ торговый, и во всемъ ханствѣ, не исключая столицы, богатѣйшій; 3] Хаватъ; 4] Кетъ; 5] Гюрланъ и множество торговыхъ селеній и владѣльческихъ маетностей, въ видѣ маленькихъ крѣпостей устроенныхъ.

Народонаселеніе сего ханства состоитъ: изъ Сартовъ — древнихъ обитателей сего края, Узбековъ — ихъ завоевателей, Татарскаго происхожденія *, кочующихъ за рѣкою Аму Каракалпаковъ, Туркменцевъ разныхъ поколѣній, обмагометанившихся Евреевъ и невольниковъ, похищаемыхъ изъ разныхъ странъ, a болѣе изъ Персіи и

* Узбекъ собственно значитъ 100 начальниковъ, но Татары приняли это названіе изъ любви къ своему хану, Узбекомъ называвшемуся. См. Карамз. Рос. Ист. Томъ IV, стр. 174, подъ 1512 годомъ.

 

 

51

Россіи; все вообще народонаселение ханства простирается до 300,000 душъ. Всѣ говорятъ языкомъ Турецкимъ, Чагатайскаго нарѣчія, и отправляютъ публично обряды вѣры Магометанской, секты Сунитской.

Произведеніями природы ханство Хивинское не бѣдно.

Изъ царства ископаемыхь, Хивинцы добываютъ у себя немного мѣди и свинца, а сѣры и селитры — съ избыткомъ. Носится также народная молва, что въ водахъ рѣки Аму вымывается золото, и что есть также въ хребтѣ Шихъ-дрери золото и серебро, коихъ однако не разработываютъ.

Изъ царства прозябаемыхъ: въ поляхъ родится пшеница, сарацинское пшено, кунжутъ, ячмень, джуганъ [родъ кукурузы], дыни, арбузы; въ садахъ: виноградъ [кишмышъ], миндаль, баргамоты, яблоки, дули, груши, черешни, вишни, гранаты; въ огородахъ: конопля и разныя овощи, какія разводятся въ Россіи; но капусты, рѣдьки, картофеля и рѣпы нѣтъ.

Изъ царства животныхъ: въ степяхъ водятся волки, лисицы, шакалы, олени, джейраны [родъ дикихъ козъ]; но медвѣдей совсѣмъ нѣтъ.

При домахъ: верблюды, лошади, коровы, овцы, не много собакъ.

Птицы: большіе орлы, ястребы, кулики, вороны.

Доходы Хивинскаго хана [Россійскимъ

 

 

52

счетомъ] простираются до 4.000,000 рублей. Войска собрать можетъ онъ до 12,000 конныхъ; артиллеріи, также конной, имѣеть до 30 орудій. Каждый воинъ долженъ вести за собой свой провіантъ и фуражъ, и на собственныхъ верблюдахъ.

Ремесла находятся въ младенчествѣ; даже мельницъ, столовъ, стульевъ и ложекъ нѣтъ. О художествахъ и наукахъ, можно сказать, Хивинцы понятія не имѣютъ.

Замѣчательна одна рѣдкая въ Хивѣ особенность: тамъ никогда не бываетъ чумы.

Въ 1820 году, бывшій въ свитѣ Россійскаго посольства въ Бухарію баронъ Мейендорфъ, въ путешествіи своемъ, на Французскомъ языкѣ напечатанномъ, мимоходомъ говоритъ и о Хивѣ, согласно съ предъидущими извѣстіями.

Въ 1826 году скрылся изъ Хивы въ Оренбургъ бывшiй нѣсколько лѣтъ въ Хивинскомъ плѣну Астраханской мѣщанинъ Ковырзинъ. По его разсказамъ, въ Хивинскомъ ханствѣ есть до нынѣ городъ Кипчакь, находящiйся противъ извѣстной горы, на правомъ берегу рѣки Аму. Сіи разсказы, между прочими извѣстіями Гелмерсена, помещены въ N 2 Отечественныхъ записокъ на 1840 годъ. Въ энциклопедическихъ словаряхъ, изданныхъ въ Германіи въ послѣднее двадцатилѣтіе, есть разныя статьи подъ словомъ

 

 

53

,,Хива". Изъ сихъ статей въ нѣкоторыхъ пространство Хивинскаго ханства исчисляется въ 9,500 квадратныхъ миль, a народонаселеніе въ 7.000,000 жителей [кажется преувеличено, ср. подъ 1819 г.]; въ городѣ Хивѣ приводится 30 мечетей и главная школа; къ видамъ ископаемыхъ прибавляются драгоцѣнные камни. Въ другихъ статьяхъ виды животныхъ дополнены антилопами, вепрями, медвѣдями, хотя послѣднихъ существованіе въ Хивѣ Муравьевъ отвергаетъ положительно.

Въ 1857 и 1859 годахъ, съ торговыми караванами, прибывшими въ Оренбургъ, вывезено до 125 Русскихъ плѣнниковъ захваченныхъ въ Хиву, и томившихся тамъ въ неволѣ долгое время.

Въ 1839 году отправлена изъ Россіи въ Хиву военная экспедицiя подъ начальствомъ Генералъ-Лейтенанта Перовскаго. Счастливые успѣхи сей экспедиціи должны пролить новый свѣтъ на исторію и статистику ханства Хивинскаго, и разрѣшить вопросы и противорѣчія, которыхъ въ извѣстіяхъ объ немъ встрѣчается такъ много.

 

Ст. Руссовъ.

 

 

 

 

-  -  -  -  -

 

ПРЕДМЕТЫ

ПО АЗБУЧНОМУ ПОРЯДКУ

см. подъ годами,

Аму, иди Аму~дарья    .  .  .  .  .  .1753

еще см. Ацесъ, Оксусь,

Аралинцы, народъ    .  .  .  .  .  .1762.

Аральское море въ 1741 измѣрено    .  .  .  .  .  .1762.

Ардокъ, рѣка    .  .  .  .  .  .1558.

Ацесъ, или Акись, рѣка    .  .  .  .  .  .444 до P.X.

Войска Хивинскаго число    .  .  .  .  .  .1762—1819.

Експедицiи изъ Россіи въ Хиву    .  .  .  .  .  .1713—1839.

Еркстъ, рѣка золотоносная    .  .  .  .  .  .1713.

Живой огонь у Хоразміевъ    .  .  .  .  .  .1184.

Землетрясенiе въ Хивѣ    .  .  .  .  .  .1299.

Золотая руда въ Хивѣ    .  .  .  .  .  .1299.

Извѣстія о Хоразміяхъ. или нынѣшнихъ

Хивинцахъ Герберштейна

1526.

     Геродота

444 до Р.Х.

     Горнія

1639.

Квинта Курція    .   .

ЗЗЗ до Р.Х.

     Массуди

947.

     Мейендорфа

1820.

     Муравьева

1819.

     Плано-Карпини

1246.

     Рукавкина

1753.

     Рычкова

1762.

     Словарей Енцикл.

1822.

     Страбона 1-е стол. по

Р.Х.

 

 

 

 

-  -  -  -  -

см. подъ годами.

Кипчакъ, городъ     .  .  .  .  .  .  .  .  .1826.

Компанія для торговли въ Хиву     .  .  .  .  .  .  .  .  .1762.

Лошадей дикихъ ловля соколами     .  .  .  .  .  .  .  .  .1558.

Надиръ-Шахъ беретъ въ  1740  году.

 

 

     .  .  .  .  .  .  .  .  .

1762.

Нуррадинъ Хоразмійскій, завоеватель   1153.

 

535 до Р.Х.

Османъ Хоразміецъ, основатель Султан-

ства Иконiйскаго     .  .  .  .  .  .  .  .  .

1299.

Планъ Хивы        .  .  .  .  .  .  .  .  .

1762.

Послы Хивинскіе въ Россіи, 1559,

1563,

1566, 1583, 1584, 1622, 1762,

1793.

Посуда деревянная и конская сбруя

 

Русскiя в Бухарiи      .  .  .  .  .  .  .  .  .

1558.

Пуло, Бухарская монета     .  .  .  .  .  .  .  .  .

1558.

Путешествіе въ Хиву Бековича     .  .  .  .  .  .  .  .  .

1713.

Дженкинсона         .  .  .  .  .  .  .  .  .

1558.

Муравина                .  .  .  .  .  .  .  .  .

1762.

Муравьева          .  .  .  .  .  .  .  .  .

1819.

Никитина            .  .  .  .  .  .  .  .  .

1468.

Рукавкина          .  .  .  .  .  .  .  .  ..

1753.

Россіяне изъ Хивы вывезены 1558,

l837,

Ружье первое въ Хивѣ и Бухаріи

1558.

1558.

Рѣки, подъ землею текущія     .  .  .  .  .  .  .  .  .

Салладинъ Хоразміецъ, завоеватель     .    .  .

1153.

Синее море           .  .  .  .  .  .  .  .  .

1558.

 

 

 

 

-  -  -  -  -

см. подъ годами.

Суда для плаванія по Аральскому мо-

рю     .  .  .  .  .  .  .  .  .1762.

Сыръ-дарья     .  .  .  .  .  .  .  .  .1753, 1762.

Узбековъ начало и словопроиз-

водство     .  .  .  .  .  .  .  .  .1312, 1819.

Улу, рѣка, тоже что Аму     .  .  .  .  .  .  .  .  .1762.

Хива завоевана Бухарцами     .  .  .  .  .  .  .  .  .1594, 1808.

Надиромъ     .  .  .  .  .  .  .  .  .1762.

Хоразміи покорены Арабами     .  .  .  .  .  .  .  .  .632.

Тимуромъ     .  .  .  .  .  .  .  .  .1388.

Чингисханомъ        .  .  .  .  .  .  .  .  .1221.

Хоразміи при Аттилѣ     .  .  .  .  .  .  .  .  .IV. ст.

Гулагу     .  .  .  .  .  .  .  .  .1254.

Мамаѣ     .  .  .  .  .  .  .  .  .1380.

Туркахъ Сельчукахъ     .  .  .  .  .  .  .  .  .1054.

Хоразміи, откупщики въ Россіи     .  .  .  .  .  .  .  .  .1258.

Хоразмина, городъ     .  .  .  .  .  .  .  .  .VI. ст.

Черви въ человѣческомъ тѣлѣ подъ

кожею, длиною съ локоть     .  .  .  .  .  .  .  .  .1558.

Черная смерть изъ Китая чрезъ Хиву

прошла въ западную Европу     .  .  .  .  .  .  .  .  .1346.